Хрущёв первым из советских лидеров посетил США

15 сентября 1959 года в Вашингтоне приземлился Ту-114 — самый большой пассажирский самолёт того времени. На его борту находился Никита Хрущёв с женой Ниной Петровной, детьми и делегацией. Трап американского аэропорта до дверей машины не дотянулся: пришлось подгонять другой.

Встречал гостя президент Дуайт Эйзенхауэр. Ничего подобного прежде не случалось: за всю историю отношений двух стран советский руководитель в Америке не бывал ни разу, а тут прилетел глава государства, с которым Штаты вели холодную войну.

Поездка продлилась 13 дней и 12 ночей, до 27 сентября. За это время Хрущёв побывал в Вашингтоне, Нью-Йорке, Лос-Анджелесе, Сан-Франциско, Де-Мойне и Эймсе в Айове, а завершил визит переговорами в загородной резиденции президента Кэмп-Дэвид.

Внимание к поездке было огромным: её освещали около пяти тысяч журналистов, за каждым шагом гостя следили обе страны, и каждое его слово разбирали на следующий день в газетах.

Готовились обе стороны тщательно и нервно. Американцы прокладывали маршрут так, чтобы гость увидел витрину: заводы, фермы, супермаркеты, дома рядовых семей. Советская сторона везла своё: подарки, фильмы, модель спутника — за полтора года до этого запущенного первым в мире, о чём в Америке помнили и говорили постоянно.

Приглашение появилось не на пустом месте. За два месяца до этого, в июле 1959 года, в Москву приезжал вице-президент США Ричард Никсон — первый визит такого уровня в истории отношений.

Он открывал американскую национальную выставку в Сокольниках, где и произошёл знаменитый спор с Хрущёвым у макета кухни типового дома. Разговор шёл о том, чья система даёт людям больше благ, и велся на повышенных тонах при включённых камерах.

Как ни странно, именно эта перепалка сдвинула дело с места. Стороны поняли, что разговаривать друг с другом можно, и Эйзенхауэр отправил приглашение. Хрущёв принял его сразу.

Спор у макета кухни разошёлся по всему миру под названием кухонных дебатов. Никсон показывал стиральную машину и говорил о том, как живёт обычный американец, Хрущёв отвечал, что в СССР такие вещи тоже будут, и предлагал сравнить страны через несколько лет. Оба понимали, что спорят не о технике, а о том, чья жизнь устроена лучше, и оба играли на публику.

Официальная часть началась в Вашингтоне: встречи с Эйзенхауэром, вице-президентом Никсоном, группой сенаторов. Обсуждали разоружение, Берлин, торговлю и запрет ядерных испытаний.

18 сентября Хрущёв выступил на Генеральной Ассамблее ООН в Нью-Йорке с предложением всеобщего и полного разоружения в течение четырёх лет: распустить армии, уничтожить оружие, оставить странам только силы охраны порядка.

Предложение было заведомо неисполнимым, и обе стороны это отлично понимали. Но прозвучало оно на весь мир и задало тон всему визиту: советский руководитель приехал не угрожать, а предлагать.

Первые дни показали и другое: Хрущёв вёл себя не как посланник враждебной державы, а как человек, приехавший знакомиться. Ходил в толпу, разговаривал с рабочими и фермерами, отвечал на неудобные вопросы журналистов без бумажки. Американская публика, ждавшая увидеть мрачного диктатора, растерялась: перед ней был подвижный говорливый человек, шутивший и споривший.

Самой известной частью поездки стала Айова. Хрущёв поехал туда смотреть, как устроено американское сельское хозяйство, и попал на ферму Росуэлла Гарста — кукурузовода, с которым познакомился ещё в 1955 году, когда тот приезжал в СССР.

Гарст показал гостю поля, технику и урожайность. Хрущёв ходил между рядами кукурузы, разглядывал початки, расспрашивал о семенах и удобрениях. Именно там он предложил Америке заменить гонку вооружений мирным соревнованием: кто больше произведёт продовольствия.

Увиденное произвело на него сильное впечатление и отозвалось дома: кукурузная кампания, развернувшаяся в СССР в следующие годы, во многом выросла из этой поездки. Кукурузу начали сажать повсеместно, включая области, где она не вызревала, — и об этом до сих пор вспоминают чаще, чем о переговорах в Кэмп-Дэвиде.

Ферма Гарста стала и самой человеческой частью поездки. Хозяин, раздражённый напором репортёров, топтавших посевы, начал швырять в них силосом и початками. Снимки этой сцены обошли газеты. Хрущёв при этом смеялся. Двое хозяйственников, американский и советский, понимали друг друга лучше, чем дипломаты в Вашингтоне.

В Лос-Анджелесе гостю показали Голливуд. Кинокомпания устроила приём на четыреста человек, за приглашения на который развернулась настоящая борьба; среди тех немногих, кто отказался прийти, был киноактёр Рональд Рейган, ставший потом президентом.

Хрущёва познакомили с Мэрилин Монро, Фрэнком Синатрой и другими звёздами, а затем повели на съёмочную площадку фильма «Канкан». Танец советскому руководителю не понравился: он высказался о голых ногах танцовщиц прямо и заметил, что человеческому лицу приятнее смотреть на лица, а не на то, что показывают здесь.

Главный скандал вышел из-за Диснейленда. Гостю отказали в посещении парка, сославшись на невозможность обеспечить безопасность в таком месте. Хрущёв возмутился публично, спросив на том же приёме, нет ли там холерных бактерий и не захвачен ли парк бандитами.

Американская сторона потом объясняла, что Диснейленд вычеркнула из расписания сама советская охрана. Советская пресса писала обратное: встречи гостя с десятками тысяч горожан кое-кому оказались не нужны. Кто прав, спорят до сих пор, и это одна из тех подробностей, которые от визита запомнились лучше всего.

Завершился визит переговорами в Кэмп-Дэвиде — загородной резиденции президента, куда прежде советских руководителей не приглашали.

Конкретных соглашений в Кэмп-Дэвиде не подписали. Берлинский вопрос остался открытым, договорённостей о разоружении не появилось, торговые препятствия сохранились.

Зато появилось выражение, вошедшее в язык дипломатии: «дух Кэмп-Дэвида». Обозначало оно готовность решать споры переговорами, а не силой, и следующий год в отношениях двух стран начинался с осторожной надежды.

Разговоры в резиденции шли три дня, часть — с глазу на глаз, без записи. О чём именно говорили лидеры наедине, точно неизвестно до сих пор: каждый потом излагал своё. Но по итогам оба публично заявили, что все спорные вопросы должны решаться мирными средствами, и назначили новую встречу — которой не суждено было состояться.

Надежда продержалась восемь месяцев. 1 мая 1960 года под Свердловском сбили американский самолёт-разведчик У-2, пилот Фрэнсис Пауэрс попал в плен, и «дух Кэмп-Дэвида» испарился. Встреча четырёх держав в Париже сорвалась, ответный визит Эйзенхауэра в СССР не состоялся.

Дальше отношения пошли по нарастающей: Берлинская стена, Карибский кризис, самое опасное противостояние за всю холодную войну. До ядерной войны страны подошли ближе, чем когда-либо.

И всё же поездка 1959 года осталась поворотной. Она показала, что руководители двух враждующих держав могут встретиться, разговаривать и даже спорить о кукурузе, а не только грозить друг другу через океан. Все последующие встречи на высшем уровне, от Вены до Владивостока, выросли из этого прецедента. В русской истории переломы чаще случались на поле боя, как при Бородине; этот произошёл за столом переговоров.

Для самого Хрущёва визит стал вершиной внешнеполитической части его правления. Через пять лет его отправят в отставку, и среди претензий будет и внешняя политика, но право первым поехать в Америку у него не отнимет никто.

• июль 1959 — визит вице-президента США Ричарда Никсона в Москву, спор с Хрущёвым на американской выставке.
• 15 сентября 1959 — Ту-114 с Хрущёвым приземляется в Вашингтоне.
• 18 сентября 1959 — речь в ООН о всеобщем и полном разоружении.
• вторая половина сентября — Нью-Йорк, Лос-Анджелес, Сан-Франциско, Айова.
• конец сентября — Голливуд, съёмки «Канкана», отказ в посещении Диснейленда.
• 25–27 сентября 1959 — переговоры в Кэмп-Дэвиде.
• 27 сентября 1959 — отъезд из США.
• 1 мая 1960 — сбит американский самолёт-разведчик У-2; разрядка обрывается.

Никита Хрущёв — первый секретарь ЦК КПСС и председатель Совета министров СССР, первый советский руководитель, посетивший США.

Дуайт Эйзенхауэр — президент США, пригласивший советского лидера и принимавший его в Кэмп-Дэвиде.

Ричард Никсон — вице-президент США; его визит в Москву летом 1959 года подготовил эту поездку.

Росуэлл Гарст — фермер из Айовы, показавший Хрущёву кукурузные поля.

Нина Хрущёва — жена советского руководителя, сопровождавшая его в поездке.