Научно-технический комитет развития вооружений

Путь образца от идеи до войск

Порядок создания военной техники выстроен ступенями, и перепрыгнуть через них нельзя. Разберём его целиком — тогда станет понятно, где в этой цепочке работает комитет.

Начинается всё с обоснования потребности. Военная наука определяет, какая задача не решается имеющимися средствами: появился новый вид угрозы, изменились способы боевых действий, устарела техника. Из этого рождается требование к новому образцу.

Дальше идёт научно-исследовательская работа. Она отвечает на вопрос, возможно ли требуемое в принципе и какими путями. Результат — не изделие, а отчёт с выводами, иногда отрицательными.

Затем разрабатывается техническое задание: подробный перечень требований к будущему образцу. Документ этот важнее, чем кажется: ошибка в задании даёт изделие, которое формально соответствует требованиям и никому не нужно.

Опытно-конструкторская работа создаёт сам образец. Проектирование, изготовление опытных экземпляров, заводские проверки, доводка — годы работы, в ходе которых конструкция меняется многократно.

Потом испытания: сначала предварительные силами разработчика, затем государственные — уже силами заказчика, на полигонах, в условиях, приближенных к настоящим. По итогам принимается решение о принятии образца на вооружение и постановке в серию.

Сколько это длится

Сроки в этой области измеряются не месяцами. От постановки задачи до принятия образца на вооружение обычно проходит от пяти до пятнадцати лет, а для сложных систем и больше.

Отчасти поэтому техника нередко устаревает ещё до появления в войсках: требования, написанные в начале пути, отстают от обстановки к его концу. Борьба с этим идёт постоянно — сокращают этапы, ведут работы параллельно, закладывают в конструкцию запас на будущие изменения.

Опыт последних лет добавил ещё один приём: быстрое принятие простых решений в обход длинного пути, когда нужда острая и нет времени на полный цикл. Достоинства и недостатки такого порядка очевидны — скорость против проверенности.

Каждая ступень заканчивается решением: продолжать или останавливаться. Решения эти принимаются не единолично, а на основании заключений, и здесь работа комитета смыкается с работой заказчика.

Где в этой цепочке комитет

Задачи комитета связаны с научной стороной этого пути.

Он организует и контролирует проведение научно-исследовательских и конструкторских работ по модернизации существующих и созданию перспективных образцов. То есть следит, чтобы работы шли по плану, а результаты были пригодны для следующей ступени.

Формирует предложения в государственную программу вооружения и оборонный заказ — по научной части. Программа определяет, что разрабатывать и закупать на годы вперёд, и научный раздел в ней свой.

Координирует взаимодействие между научно-исследовательскими институтами, военными организациями и предприятиями промышленности. Работа посредническая и необходимая: институт знает физику, предприятие умеет делать, военные знают, что нужно, а говорят они на разных языках.

Ведёт военно-технический анализ и готовит экспертные заключения по вопросам развития техники. Проще говоря, отвечает на вопросы вида: перспективно ли предложенное направление, стоит ли продолжать работу, соответствует ли полученное задуманному.

По данным справочников, комитет возглавляет Сергей Николаевич Смолинский.

В задачи входит и научно-методическое руководство подведомственными организациями: единые правила ведения работ, оформления отчётов, оценки результатов.

Комитет размещается на площадке научных организаций ведомства в Москве, а не в главном здании министерства.

Кто за что отвечает в научной части ведомства

Структур, связанных с наукой и техникой, в министерстве несколько, и разница между ними в предмете и сроках. Разберём, чтобы не путаться.

Военно-научный комитет занят военной наукой в собственном смысле: как строить и применять армию, каким быть соединениям, чему учить командиров. Техника для него условие задачи, а не предмет.

Управление перспективных межвидовых исследований заказывает фундаментальные и поисковые работы, создающие научный задел на десятилетия вперёд. Результат — знания, а не изделия.

Научно-технический комитет развития вооружений работает ближе к изделию: координирует исследования и разработки по конкретным направлениям техники, даёт заключения о перспективности решений.

Главное управление вооружения — заказчик в полном смысле: планирует программу вооружения, размещает заказы, отвечает за оснащение войск.

Главное управление инновационного развития смотрит в другую сторону — на то, что уже сделано вне государственного заказа: собирает и отбирает инициативные разработки.

Управление военных представительств принимает готовую продукцию на заводах.

Вместе они закрывают весь путь от науки до войск, и каждое звено занято своим отрезком.

Разграничение это не всегда очевидно даже внутри ведомства, и сведения о нём в открытых источниках скудны. Мы приводим здесь картину, которая складывается из официальных описаний задач каждой структуры, и не притязаем на полноту.

Названия структур при этом похожи настолько, что путаются даже в справочниках, и мы сами сталкивались с ошибками такого рода в источниках.

Почему такое дробление

Вопрос законный: не проще ли иметь одну структуру вместо шести? Ответ в разнице задач и в необходимости разделять заказчика и исполнителя.

Первое: сроки несопоставимы. Отбор готового решения занимает месяцы, разработка образца — годы, фундаментальное исследование — десятилетия. Совместить это в одном плане и одном подразделении трудно: срочное всегда вытесняет долгое.

Второе: разделение ролей. Тот, кто заказывает работу, не должен сам оценивать её результат — иначе оценка станет удобной. Поэтому экспертиза и заказ разведены по разным структурам.

Третье: предметы требуют разных людей. Военный теоретик, инженер-исследователь и приёмщик на заводе — три разные профессии, и совмещать их в одном управлении значит делать всё поверхностно.

Обратная сторона известна: чем больше звеньев, тем медленнее проходит решение и тем больше согласований. Поиск равновесия здесь идёт постоянно, и структуры то объединяют, то разделяют снова.

Точной даты образования комитета в открытых источниках нет: традиция таких органов идёт с советского времени, когда научно-технические комитеты создавались по видам вооружения. Поэтому в календаре материал не привязан к конкретному дню.

Модернизация вместо новой разработки

Отдельное направление, упомянутое в задачах комитета, — модернизация существующих образцов. Приём этот распространён повсеместно, и причина экономическая: доработать готовое дешевле и быстрее, чем создавать заново.

Заменяют обычно то, что стареет быстрее корпуса: прицелы, связь, средства наблюдения, двигатели, защиту. Машина внешне остаётся той же, а возможности меняются заметно.

Предел у такого пути есть. Старая конструкция не всегда выдерживает новые требования по весу, питанию или размещению, и в какой-то момент модернизация перестаёт давать выигрыш. Определить этот момент — тоже вопрос для научной оценки.

Равновесие между новой разработкой и модернизацией определяется и деньгами, и обстановкой.

Помимо центрального комитета такие же работают в видах и родах Вооружённых сил, а также научно-технические группы в отдельных структурах.

Устройство разумное: у авиации, флота и сухопутных войск техника разная, и оценивать её должны знающие люди. Лётчику понятны требования к самолёту, моряку — к кораблю, а общие правила задаются сверху.

Такие комитеты ведут работу по своей линии: рассматривают предложения, участвуют в подготовке заданий, оценивают результаты работ в интересах своего вида войск.

Общая вертикаль замыкается на Военно-научный комитет Вооружённых сил, который руководит научной работой через эту сеть комитетов и групп.

Испытания как решающая ступень

Государственные испытания — та часть пути, где выясняется настоящая цена разработки. Образец проверяют на полигонах по установленной программе: стрельбой, пробегом, работой в жару и мороз, в пыли и воде.

Проводит их заказчик, а не разработчик, и в этом всё дело. Комиссия не заинтересована в успехе изделия так, как заинтересовано предприятие, потратившее на него годы.

Результаты бывают разные. Часть образцов принимается, часть отправляется на доработку, часть не принимается вовсе — и тогда годы работы и затраченные средства остаются в отчётах. Случаи такие известны и в отечественной, и в зарубежной практике.