Михаил Кутузов

Михаил Кутузов родился 16 сентября 1747 года в Санкт-Петербурге. Год рождения в старых биографиях указывали иначе, 1745-й, и это расхождение встречается до сих пор; нынешние исследования склоняются к 1747-му.

Род был старинный, служилый. Отец, Илларион Матвеевич, дошёл до генерал-поручика и был известен как военный инженер: по его проектам в Петербурге строили каналы.

Сына определили в Дворянскую артиллерийскую и инженерную школу, которую тот окончил в 1759 году с отличием. Способности к математике оказались такими, что подростка оставили при школе преподавать. Случай редкий: обычно выпускников сразу отправляли в полки, а его на год задержали объяснять другим то, что сам усвоил.

Боевую выучку он получил у двух лучших военачальников своего времени. У Румянцева служил в Крыму и на Дунае, у Суворова — под Измаилом, где командовал колонной при штурме и первым вошёл в крепость с восточной стороны. Русско-турецкие войны, Крым, Измаил, штурмы и осады — к сорока годам за ним стояли два десятка лет походов.

Служба его началась в шестнадцать лет, и первые годы прошли в штабной работе и в походах против польских конфедератов. Настоящая школа пришла позже, в турецких войнах: у Румянцева он учился распоряжаться большими массами войск, у Суворова — решительности и умению видеть слабое место противника. Обе науки пригодились через сорок лет.

23 июля 1774 года у деревни Шумы под Алуштой Кутузов вёл батальон на турецкие укрепления. Пуля прошла навылет через голову.

По медицине того времени ранение было смертельным. Он выжил, получил орден Святого Георгия четвёртой степени и уехал лечиться за границу. Два года в Австрии и Германии он провёл не только у врачей: слушал лекции, разбирал кампании Фридриха Великого и встречался с военными теоретиками, чей опыт потом применял сам.

Второе ранение случилось в 1788 году под Очаковом, и опять в голову. Лечивший его врач писал, что судьба, видимо, назначила этого человека для чего-то необыкновенного, раз он остался жив после двух ран, по всем правилам смертельных. Пуля во второй раз прошла почти тем же путём, что и в первый, — навылет через голову, у самого глаза.

Правый глаз после первого ранения видел плохо, а по части свидетельств не видел вовсе. Но пиратской повязки Кутузов не носил: её придумали в кино в сороковых годах двадцатого века, и с тех пор она приклеилась к его образу крепче любых портретов. На прижизненных изображениях он без повязки.

Здоровье после двух ранений было надорвано навсегда: головные боли, быстрая утомляемость, грузность, которая с годами усиливалась. К 1812 году ему было под семьдесят, он с трудом держался в седле и объезжал позиции в коляске — обстоятельство, которое противники его ставили ему в укор, а сторонники объясняли иначе: голова полководцу нужнее ног.

Кампанию 1805 года Кутузов начал командующим русскими войсками в войне с Наполеоном и был против того, чтобы принимать бой под Аустерлицем. Александр Первый настоял на своём; сражение обернулось разгромом союзных войск.

Вину возложили на Кутузова, хотя решение принимал не он. Следующие семь лет прошли в отдалении от главных дел: киевский военный губернатор, затем командующий корпусом в Молдавии, потом литовский генерал-губернатор. Для военачальника его уровня это была почти отставка, и подняться из неё помогла только новая война с турками.

Через шесть лет его поставили во главе Молдавской армии против турок, и там он показал себя с другой стороны. Сначала разбил противника под Рущуком, затем окружил турецкие силы у Слободзеи и принудил к сдаче. В мае 1812 года подписал Бухарестский мир — за месяц до нападения Наполеона.

Значение этого мира трудно переоценить: он развязал руки Дунайской армии в пятьдесят тысяч человек, и эти войска, переброшенные на запад, сыграли свою роль в осенних боях, когда решалась судьба отступающих французов. Россия освободила Дунайскую армию как раз к началу большой войны на западе, и в кампании 1812 года эти войска пригодились. Как дипломат Кутузов сделал для той войны не меньше, чем как полководец. Обстоятельства описаны в записках участников совета.

Бухарестский мир заключался в спешке и в тяжёлых обстоятельствах: турки тянули время, зная о готовящемся нападении Наполеона, а Кутузову требовалось развязать руки до начала большой войны. Договор он подписал за месяц до перехода французов через Неман, и этот месяц стоил Наполеону целой армии на юге.

К августу 1812 года французская армия дошла до Смоленска, русские отступали, а общество требовало перемен. Александр Первый Кутузова не любил. Но другого имени, которое приняли бы разом армия, общество и дворянство, не нашлось, и в августе 1812 года он подписал указ о назначении — с оговоркой в письме сестре, что выбора ему не оставили.

7 сентября 1812 года произошло Бородинское сражение — самое кровопролитное однодневное сражение той эпохи. Русская армия удержала позиции, но потери были такими, что продолжать бой на следующий день Кутузов не стал.

За Бородино его произвели в генерал-фельдмаршалы. Оценки сражения расходятся по сей день: одни называют его победой русского оружия, другие — ничьей, третьи указывают, что Наполеон остался на поле и путь к Москве открылся. Обе стороны объявили о победе тогда же, в сентябре 1812 года.

Сражение началось в половине шестого утра и шло почти без перерыва до вечера. Бой за Курганную высоту и Семёновские флеши шёл с переменным успехом, батареи меняли хозяев по несколько раз, а потери у обеих сторон превысили всё, что знала тогдашняя война: счёт погибших и раненых шёл на десятки тысяч за один день.

Кутузов держался в тылу, на командном пункте у деревни Горки, и распоряжался резервами, не выезжая на линию огня. Это ему тоже вменяли в вину, хотя главнокомандующий в таком бою и должен видеть поле целиком, а не участок.

1 сентября по старому стилю в подмосковной деревне Фили собрался военный совет. Большинство генералов высказалось за новое сражение под Москвой. Кутузов решил иначе и произнёс слова, которые вошли в историю: с потерей Москвы не потеряна Россия, а с потерей армии потеряна и Москва, и Россия.

13 сентября русская армия покинула город, а на следующий день армия Наполеона вошла в Москву. Город горел, продовольствия во французском лагере не было, мира Александр Первый не предложил.

Дальше Кутузов провёл то, что позже назвали Тарутинским маневром: скрытно отвёл армию на юго-запад, прикрыв хлебные губернии и оружейную Тулу. Наполеон на месяц потерял противника из виду: разведка доносила о движении русских то к Рязани, то к Туле, а армия стояла в Тарутине и набирала силы.

Под Малоярославцем в октябре французам перекрыли дорогу на юг и заставили отступать той же разорённой смоленской дорогой, по которой они пришли. Дальше их гнали до самой границы. От армии, вошедшей в Россию, почти ничего не осталось: под Красным и на Березине французы потеряли последние обозы, артиллерию и большую часть людей. Дата и обстоятельства установлены по документам.

Решение отдать Москву без боя остаётся самым спорным в его биографии, и спорят о нём с сентября 1812 года: одни считают его расчётом, сохранившим армию, другие — уступкой, стоившей стране древней столицы и сгоревшего города. Мнения разошлись сразу: ему писали о предательстве, в Петербурге негодовали, а через три месяца война была выиграна.

Тарутинский лагерь стал местом, где армия ожила. Туда подходили резервы, там подвозили оружие и провиант, оттуда рассылались партизанские отряды, которые перехватывали французские обозы. За месяц стояния русские войска выросли численно, а французские в Москве таяли от голода и болезней.

Декабрь 1812 года принёс ему титул светлейшего князя Смоленского и орден Святого Георгия первой степени — с формулировкой за поражение и изгнание неприятеля из России.

Этим он стал первым в истории полным кавалером ордена: четвёртую степень он получил в 1775 году, третью в 1791-м, вторую в 1792-м, а первую — в декабре 1812 года за изгнание неприятеля из России, то есть на путь от младшей степени к высшей у него ушло тридцать семь лет. За всё время существования награды таких кавалеров набралось четверо.

Остальные его отличия — высшие ордена империи: Святого Андрея Первозванного, Святого Александра Невского, Святого Владимира первой степени, Святой Анны первой степени. Были и иностранные: прусский Чёрный орёл, австрийский Марии Терезии.

Должности он занимал и невоенные. Был казанским, вятским и литовским генерал-губернатором, санкт-петербургским и киевским военным губернатором, полномочным послом в Турции.

Титул светлейшего князя Смоленского был пожалован ему 6 декабря 1812 года — имя города, у которого началось отступление русских войск и через который бежали французы, выбрали не случайно.

Женился Кутузов в 1778 году на Екатерине Ильиничне Бибиковой, дочери генерал-инженера. Брак продержался тридцать пять лет, до его смерти.

Детей родилось шестеро: пять дочерей и сын. Мальчик умер младенцем от оспы, и мужского потомства у Кутузова не осталось — род по его линии продолжился через дочерей.

Дочери вышли замуж за людей военных и родовитых, потомство от них пошло многочисленное. Фамилию Голенищевых-Кутузовых-Смоленских позже разрешили передать внуку.

О домашней жизни его известно немного, а переписка с женой сохранилась: письма с походов он писал часто и подробно, заботясь о делах семьи на расстоянии.

Из пяти дочерей четыре вышли замуж при его жизни. Внуков он видел и о них заботился; в семейной переписке хозяйственные хлопоты занимают не меньше места, чем военные дела.

После изгнания французов Кутузов повёл армию в Европу. Весной 1813 года он простудился в дороге и слёг в силезском городке Бунцлау, нынешнем Болеславце в Польше. Он умер 28 апреля 1813 года, ему было 67 лет. На следующий день тело вскрыли и забальзамировали. Внутренние органы, которые нельзя было забальзамировать, запаяли в цинковый ящик и похоронили на деревенском кладбище близ Бунцлау в присутствии адъютанта Кутузова Карла Монтрезора и других офицеров штаба. По преданию, сердце фельдмаршала осталось в деревне Тиллендорф под Бунцлау. Предание оспаривается, но живёт.

Гроб почти два месяца везли из Бунцлау в Петербург, и по дороге его встречали в каждом городе. Кутузова похоронили 13 июня 1813 года в Казанском соборе, куда в 1812 году, перед отъездом к армии, он приходил молиться перед иконой Казанской Божией Матери. Вокруг могилы возвели ограду, автором которой стал архитектор собора. Над могилой висят ключи от взятых городов и трофейные знамёна.

Сослуживцы сделали эскиз надгробия для могилы на кладбище у Тиллендорфа, но летом 1813 года вновь занявшие район наполеоновские войска разрушили этот скромный обелиск. В 1821 году в центре Бунцлау, напротив дома, где умер Кутузов, открыли чугунный обелиск. В доме майора Фридриха фон дер Марка до начала 1990-х годов работал музей фельдмаршала. В Петербурге перед Казанским собором 25 декабря 1837 года, к 25-летию победы в Отечественной войне 1812 года, открыли памятник Кутузову; тогда же открыли памятник Барклаю-де-Толли. В России имя Кутузова носят проспекты и площади, его портрет висит в Военной галерее Зимнего дворца, а в 1942 году учредили орден Кутузова.

• 16 сентября 1747 — родился в Санкт-Петербурге.
• 1759 — окончил Дворянскую артиллерийскую и инженерную школу, оставлен преподавать.
• 23 июля 1774 — тяжёлое ранение в голову у деревни Шумы под Алуштой.
• 1788 — второе ранение в голову под Очаковом.
• 1790 — участие во взятии Измаила под началом Суворова.
• 1805 — Аустерлиц; вину за разгром возложили на Кутузова.
• 1811 — победы под Рущуком и Слободзеей.
• май 1812 — подписан Бухарестский мир с Турцией.
• август 1812 — назначен главнокомандующим русской армией.
• 7 сентября 1812 — Бородинское сражение; произведён в генерал-фельдмаршалы.
• 13 сентября 1812 — совет в Филях, решение оставить Москву.
• октябрь 1812 — Тарутинский маневр и бой под Малоярославцем.
• декабрь 1812 — титул светлейшего князя Смоленского и орден Святого Георгия первой степени.
• 28 апреля 1813 — умер в Бунцлау; погребён в Казанском соборе Петербурга.